November 16th, 2014

Заказная война ч.3

Оригинал взят у rosh_mosoh в Заказная война ч.3

Согласно талмудическому сценарию, требующему читаемого подтекста, все воюющие силы во время гражданской войны в России были разделены на Белых и Красных. Армии Белых, сконцентрированные на Юге России, были вытеснены на Северный Кавказ и в Крым, где, в ознаменование талмудической мести за разгром Хазарии войсками Святослава, подверглись ритуальному истреблению, руководителем которого был поставлен венгерский иудей Бела Кун, представитель хазаро-иудейского рода степняков-мигрантов в Венгрию и Европу, под именем «кунов», известных многочисленным историческим источникам (Кестлер, с.128) и входящих ныне в мета-этнический фамильный клан, восходящий к потомкам служителей храмовой иерархии-когенов.
«Все те же самые Варбурги, Отто Каны, Кара Каны, Лейбы Куны, Бела Куны и пр. являются «англо-германо-американскими иудо-монголами» (Череп-Спиридович, с. 279).
К этому же фамильному клану следует отнести и семейство Ротшильдов, чей предок Исаак Эль Ханан уже в третьем поколении по женской линии имел потомков с фамилией Ганау.
Анализ хазарской фамильной этимологии подталкивает к выводу, что обвинительный приговор полковнику Буданову, на основании обычного военного права ликвидировавшему чеченскую террористку Эльзу Кунгаеву, безнаказанно расстреливавшую русских солдат, носил откровенный характер коллективной ритуальной (кровной) мести за убийство лица, принадлежащего привилегированному иудейскому роду.
По замечанию одного из участников чеченской войны: «В любой войне командир думает, как бы уничтожить противника, а здесь, в Чечне, большие начальники думают, как бы сохранить противнику жизнь» (Рассказы…, с.229).
Имеется множество свидетельств о «чудесной» неуловимости кавказских абреков. Из осажденной русскими войсками крепости Ахульго во время штурма бежал с женой и детьми имам Шамиль. Впоследствии, в канун разгрома имамата удалось спастись бегством почти всем наибам Шамиля.
«Один из известных эпизодов абреческой жизни Зелимхана – это его удивительно удачное исчезновение из пещеры у селения Харачой, где его окружили солдаты» (Ю. М. Ботяков, Абреки на Кавказе, СПб, 2004, с.132).
Подобными рассказами о «чудесных» спасениях главарей чеченских бандитов изобилует хроника современной русско-чеченской войны.
«В ночь на 22 февраля 1995 года 166-я бригада совместно с 506-м мотострелковым полком выполнила поставленную задачу, окружив басаевцев под Новыми Промыслами. – Мы их зажали в горах, - вспоминает генерал-майор Булгаков, - и размолотили нашей артиллерией. Фактически там, под Новыми Промыслами, так называемый «абхазский» батальон прекратил свое существование. И все же ночью Басаеву каким-то образом удалось выскользнуть из нашего капкана» (Н.С.Асташкин, По волчьему следу, М., 2005, с.139).
У горцев Кавказа распространен обычай смены социального статуса, родовых общинных связей и даже имени человека, скрывающегося от кровной мести или вынужденного искать убежища на чужбине в силу обстоятельств военного характера. У грузин- горцев «категорию лиц, укрывающихся от преследования по кровной мести в дальних чужих общинах, называют аманатами» (Ботяков, с.202).
По сообщениям этнографов на Северном Кавказе, «если человек уходил в хаджиреты и прославлялся как герой, ему могли дать другую фамилию, чтобы он смог прожить где-то свою жизнь спокойно» (Ботяков, с.40).
Наличие в горском обществе традиционных институтов укрывательства кровников как формы социального остракизма говорит в пользу достоверности версии об инсценировке смерти Дудаева, по сообщениям СМИ последовавшей 22 апреля 1996 года в результате ракетно-бомбового удара, нанесенного по сигналу радиомаяка, вмонтированного в телефон спутниковой связи Дудаева в районе с. Гехи-Чу.
Официальная российская сторона в лице генерала В.В. Тихомирова 23 апреля заявила о своей непричастности к гибели Дудаева. Факт смерти Дудаева официально не был констатирован. Следственными органами Ичкерии осмотр места происшествия не производился. Тело «убитого» президента, согласно воспоминаниям его жены, бывшей свидетельницей событий, в строжайшем секрете от местных жителей было доставлено в с. Гехи-Чу и через два дня тайно под покровом ночи захоронено на одном из сельских кладбищ.
Некоторые несообразности и намеки на возможность чудесного спасения Дудаева содержатся в книге имагитивных воспоминаний Аллы Дудаевой «Миллион первый» (А. Дудаева, Миллион первый, Екатеринбург, 2005г.).
«Позже, уезжая из Чечни за границу, она скажет: «...Я выхожу замуж. Я нашла человека похожего на Джохара...». Даже и здесь она следует советам спецслужб, усиливая и до того блуждающую молву о том, что Дудаев жив и находится на Турецком Кипре (...). Буквально в последние дни апреля во дворе брата Джохара идут поминки. Присутствуют члены правительства Ичкерии, близкие к семье люди и гости. Многих волнует трагическая «кончина» Джохара. Их разъедает любопытство, как это случилось и случилось ли вообще. Факт гибели обрастает сомнениями. Спрашивать об этом во время похорон или поминок у чеченцев не этично. Но, несмотря на нормы этики, любопытный человек все-таки нашелся. Он на виду у всех интересуется у брата Джохара Басхана. Последний, не долго думая, приглашает любопытствующего в комнату для гостей и наливает стопку. Оставшись наедине с гостем, Басхан произносит: «Он жив, но ранен! Выпьем за его здоровье» (Келиматов, с.486).
Похожий сюжет имеется в воспоминаниях Серго Берия о его отце Л.Берия, «расстрелянном» в декабре 1953 года. «…Тогда же (в 1958 г.) нам подбросили в почтовый ящик снимок, на котором был запечатлен мой отец, прогуливающийся по... Буэнос-Айресу. В Аргентине он никогда не был. Естественно, мама была очень взволнована. Вообще история, связанная с этой загадочной фотографией, похлеще иного детектива. Через несколько месяцев в почтовом ящике оказался журнал «Вокруг света». Храню его, как видите, до сих пор (...). Пусть читатель поверит мне на слово: на снимке был запечатлен расстрелянный (?!) 23 декабря 1953 года Лаврентий Павлович Берия, прогуливающийся с дамой по площади Мая в... Буэнос-Айресе. На заднем плане красовался президентский дворец. Мало того, что первый заместитель Председателя Совета Министров СССР никогда не был в Латинской Америке, фотография действительно была датирована 1958 годом. Со снимка смотрел Берия. Известный миллионам характерный поворот головы, надвинутая на глаза шляпа. В газетных подшивках 30-50-х годов подобных фотографий можно найти тысячи. Эта же потрясла другим: один из ближайших соратников Сталина был запечатлен на фоне того самого президентского дворца. Это был тот же снимок. Текстовка в журнале гласила: «В шумной неистовой столице Аргентины есть и сравнительно спокойные уголки. Один из них - площадь Мая, где расположен дворец президента». Эта загадка продолжает мучить меня и спустя десятилетия…» (С. Берия, Мой отец - Лаврентий Берия, М., 1994, с.419).
«В пятьдесят восьмом я встретился со Шверником, членом того самого суда: его дочь занималась радиотехникой, и мы были знакомы. Могу, говорит, одно тебе сказать: живым я твоего отца не видел. Понимай, как знаешь, больше ничего не скажу. Другой член суда, Михайлов, тоже дал мне понять при встрече на подмосковной даче, что в зале суда сидел совершенно другой человек, но говорить на эту тему он не может...» (С.Берия, с.425).
В воспоминаниях Павла Судоплатова, руководителя отдела диверсионных операций в сталинских органах НКВД – МГБ, содержится намек на такую процедуру захоронения казненных, весьма напоминающую практику списания и утилизации отслужившего инвентаря, которая позволяла не только констатировать бесследное исчезновение предмета бюрократической отчетности, но и обеспечить в случае необходимости сверхлимитное использование списанного объекта.
«Существовала специальная практика кремации тех, кто был уничтожен по особому правительственному решению: вскрытие тела не производилось, прах подлежал захоронению как невостребованный в общей могиле. Позднее власти очень неохотно признали, что прах таких известных людей, как Тухачевский, Якир, Уборевич, Мейерхольд и другие, захоронен в этой общей могиле. Крематорий Донского монастыря тогда был единственным, поэтому, возможно, в одной и той же могиле лежит прах моего начальника, друга и наставника Шпигельгласа и одного из руководителей разведки Серебрянского. Весьма вероятно, что прах Валленберга и Берии захоронен там же» (П. Судоплатов, Разведка и Кремль, М.,1997,с.322).
А, может быть, и не захоронен вообще нигде.
Странная смерть, согласно официальному сообщению спецслужб, настигла Шамиля Басаева, уничтоженного в результате спланированной спецоперации при подрыве грузовика с боеприпасами, который он сопровождал. Обезображенное тело террориста №1 с оторванной головой, так и не найденной после долгих и безуспешных поисков (!), было отправлено на генетическую экспертизу, которая идентифицирует личность погибшего.
Такого человека не должна была постигнуть такая смерть. Сведения о результатах спецопераций спецслужб по закону являются государственной тайной, никто не несет даже моральной ответственности за их правдивость. Поэтому сообщение о смерти Басаева по законам жанра вполне возможно считать заурядной пиар – акцией, проведенной с целью прикрыть «уход на дно» засветившегося агента.
Если уж нельзя было растиражировать во всех СМИ изображения сидящего в клетке Шамиля (как это сделали с полковником Будановым), то хотя бы показали его посмертное фото с контрольной «альфовской» дырочкой промеж глаз.
Юридическое же значение генетической экспертизы в констатации смерти такого лица как Шамиль Басаев после скандальной фальсификации «царских останков» и зловещих манипуляций с царскими генами, безвозвратно подорвавших в общественном мнении научную безупречность метода генной идентификации, может быть признано разве что при «распиливании» десяти миллионов долларов, назначенных за голову «главного террориста».
Непонятная почти мистическая неуязвимость кавказских шамилей, этих жрецов «священной» войны, объясняется кастовой сакральной неприкосновенностью, гарантирующей беспрепятственное отправление кровавого культа, знаменующего восхождение на престол антихриста – всемирного иудейского царя.
Согласно рассказу св. писателя при освящении первого Храма царем Соломоном было заклано двадцать две тысячи волов и сто двадцать тысяч овец (2 Пар.7,5). Жертвоприношения совершались во дворе Храма, «яко олтарь медян, егоже сотвори Соломон, не можаше вместити всесожжений и жертв и туков» (7,7).
Сколь же великим кровопролитием должно быть ознаменовано возведение антихристом четвертого Храма на месте стоящей сегодня на Храмовой горе мечети Омара, можно судить по тому, что если оно до сих пор не совершено, значит «мусульмане» и «жиды» все еще не сговорились в цене.


Николай Козлов